Что такое хороший вкус

Само понятие «хороший вкус» произрастает из позиции неравенства. Изначально это качество, свойственное привилегированному сословию. От того обладание изысканным вкусом было всегда чем-то труднодостижимым, недоступным большинству, элитарным. Поэтому нам так хочется ассоциировать себя с теми, у кого есть это самое безупречное эстетическое чутьё. Хочется принадлежать к группе избранных.

Но чем хороший вкус отличается от его отсутствия?

Дурновкусие всегда воздействует слишком прямолинейно — вызывает простые, понятные эмоции. В нём нет глубокой мысли, нет интеллекта, и как следствие — нет элитарности. Хороший вкус не может базироваться на простых реакциях — его непременно нужно воспитывать, взращивать, работать над ним. Так было до начала ХХ века. Однако постмодерн смешал все карты. Культура постмодерна упразднила этот критерий как простой способ определить, что является примером наличия вкуса.

Постмодерн — культурное и художественное направление второй половины XX века, которое отвергло единые стандарты красоты и искусства. Постмодернизм уравнял высокое и низкое, смешал элитарное с массовым и заявил, что у искусства нет единственно верной интерпретации.

Так что сейчас не так-то просто сформулировать понятие наличия вкуса. Определить человека со вкусом, или, как сейчас говорят, с чувством стиля, в этой «мутной воде» двумя словами невозможно. Многое упирается в наличие знаний и определяется по ощущению. Теперь высказывание в лоб может быть намеренным. Автор может работать с китчем, клише, вульгарностью как с художественными приёмами, в виде эксперимента, осознанно. И вот как раз способность считывать этот контекст, понимать нюансы, быть «в теме» — признак хорошего вкуса.
О, сколько надменного снобизма я вижу на лицах тех, кто почему-то причислил себя к ряду людей с тонким вкусом. Жалкое зрелище.
Вкус — сложное, многогранное понятие, состоящее из двух частей.

С одной стороны, это широкий кругозор, глубокая насмотренность — по сути хорошее образование (к слову, к нему до сих пор нет общего доступа) и способность видеть многогранность культурных явлений, разбираться в предпосылках, которые стали основой для создания культурного объекта. Создавая своё, такие люди опираются на те же принципы — глубина, идея и мысль, тонкая работа с эмоциями, смыслы, понимание которых доступно не всем.
С другой стороны, культурный, образованный человек умеет контролировать себя. Он во всём знает меру, понимает ценность нематериальных вещей, вовремя выстраивает границы допустимого для себя поведения и умеет получать удовольствие от мелочей.

В основе подлинного вкуса и стиля — нематериальные ценности. Конечно, это результат истинной свободы — богатства материального и нематериального. Человек с подлинным эстетическим чутьём предпочитает просто жить свою лучшую жизнь, не заботясь о проблемах, так свойственных простому большинству. Это и есть недостижимая роскошь.
Погоня за простыми удовольствиями, богатством и предметами финансового успеха — всё это атрибуты достаточно вульгарного образа жизни, который выглядит дико пошло именно потому, что на всё это делается такой фокус.

Одним из маркеров дурного вкуса является попытка выстраивать ценности вокруг вещей, которые для элиты являются нормой, данностью. Когда человек делает из них культ, это обнажает в нём принадлежность к низшему сословию: предел его мечтаний — это деньги, лёгкий секс и быстрые удовольствия, где уж там мысли о вечном и высоком, о смыслах и тонких материях. Вспомним повсеместно растиражированный стиль old money и «тихую роскошь»: вечная попытка догнать и повторить жизнь элиты, стиль богатых людей.
Однако финансовое благополучие не может гарантировать вам хороший вкус — как и не может забрать у вас способность его обрести. Воспитать в себе определённую систему ценностей в отсутствие финансовой свободы — это высшая степень работы над собой, доступная не каждому.

В «Курьере» Шахназарова есть сцена, которая точно это иллюстрирует.Иван спрашивает друга Базина, о чём тот мечтает. «Пальто купить», — отвечает тот. Иван молча снимает своё пальто и отдаёт ему: «На, носи. И мечтай о чём-нибудь великом».

Есть ещё одна мысль, которую нельзя обойти стороной — это особая территория искусства, тесно связанная с сексуальностью. Каблучные танцы, телесность — всё это область, где искусство вплотную приближается к инстинкту. Так уж устроен человеческий мозг: нас возбуждают очень простые и понятные вещи. Сексуальность по своей природе настроена на прямые, базовые раздражители — она обращена к животным структурам, к инстинктам. Именно поэтому мужчинам и женщинам нравятся понятные сексуальные образы и формы. Всё, что касается темы секса в человеческой жизни, работает на простых, ясных образах — и здесь они уместны как нигде. Клубная культура в основе своей имеет именно эту энергию. Но именно поэтому сделать из этого истинное искусство — задача несравнимо более сложная. Сохранить ДНК, саму основу сексуальной энергии и танцевальных направлений, которые на ней базируются, — и при этом переосмыслить всё, представить стильно и со вкусом — это задача для истинных художников. Чем ближе искусство к этой грани, тем шире и глубже должны быть кругозор и знания того, кто берётся это делать. Примитивные атрибуты никуда не деваются — они остаются фундаментом. Вопрос лишь в том, что на этом фундаменте построено.

Хороший вкус, как и образование, самодисциплина, воспитание, может формироваться в любых обстоятельствах. В современном обществе — когда закрыты базовые потребности — для этого нет необходимости быть экстра богатым.
Культура и вкус доступны большинству, тем более что для этого есть все инструменты: интернет, переводчики, свобода доступа к практически любой информации. И всё упирается лишь в волю и желание самого человека. Так что когда говорят, что у человека плохой вкус, трудно представить, что это не его выбор.